Закрыть
Восстановите членство в Клубе!
Мы очень рады, что Вы решили вернуться в нашу клубную семью!
Чтобы восстановить свое членство в Клубе – воспользуйтесь формой авторизации: введите номер своей клубной карты и фамилию.
Важно! С восстановлением членства в Клубе Вы востанавливаете и все свои клубные привилегии.
Авторизация членов Клуба:
№ карты:
Фамилия:
Узнать номер своей клубной карты Вы
можете, позвонив в информационную службу
Клуба или получив помощь он-лайн..
Информационная служба :
8(4722)732273
+79194316000
+79205688000
+79056703000
+79045301000
Личный кабинет Карта сайта
Авторизация членов Клуба
№ карты
Фамилия
Стать членом Клуба
Джеймс Гриппандо

Джеймс Гриппандо

Джеймс Гриппандо

Джеймс Гриппандо отвечает на вопросы членов Книжного Клуба и посетителей нашего интернет-магазина

Кем Вы хотели стать в детстве?(Zorro, 10 октября 2006 г.)

Я мечтал стать писателем, но еще в седьмом классе поставил себе цель стать юристом. А вот кем я хотел стать – так это Бобби Халлом. Бобби был левым нападающим хоккейной команды Chicago Blackhawks. Я вырос на севере Чикаго и зимой каждый день проводил много времени на замерзшем озере рядом с домом, на мне непременно был одет красный свитер Бобби Халла со знаменитым номером 9 на спине. Кстати, этот свитер и по сей день висит в моем шкафу

Как чтение книг повлияло на Вашу жизнь? (Лия, 18 октября 2006 г.)

Все книги, которые произвели на меня самое большое влияние, я прочитал еще в старших классах. Одна из них – «Чума» Альбера Камю. «Жизнь бессмысленна, но ее стоит прожить, при условии, что ты осознаешь ее бессмысленность». Камю на некоторое время заставил меня поверить в это. Но затем я женился, у меня появились дети, и мне уже не казалось, что Камю совершенно прав. В выпускном классе я прочитал пьесу лауреата пулитцеровской премии “A Man for All Seasons”. Это история о сэре Томасе Море, который был обвинен в государственной измене и обезглавлен из-за того, что он отказался принимать присягу, одобряющую брак короля Генриха VIII с Анной Болейн. На протяжении всей моей юридической карьеры я не мог позабыть эту историю, особенно на раннем этапе моей юридической практики. В то время я был юным и наивным, и был потрясен тем, сколько людей лгут под присягой. Часто люди жалуются на то, что юристы всегда стараются сбить их с толку своими вопросами, но по своему опыту я знаю, что слишком часто добиться правды от свидетелей можно лишь обманным путем. В наиболее циничные моменты адвокатской практики в суде высшей инстанции я вспоминал сэра Томаса Мора и священность клятвы.

Читали ли Вы книги русских (украинских) авторов, и если да, какие из них Вам понравились? (Георгий Иванович, 13 октября 2006 г.)

История России всегда завораживала меня, я прочитал очень много книг русских писателей. Один из моих самых любимых романов всех времен и народов – это «Доктор Живаго» Бориса Леонидовича Пастернака. Это произведение получило потрясающую экранизацию и я, как и большинство мальчишек моего возраста, влюбился в Джули Кристи. (Выбирая имя для моей первой дочери, я подумывал о том, чтобы назвать ее Ларой). Другой автор, которого бы я хотел почитать – это Александра Маринина (Алексеева Марина Анатольевна). Но до сих пор мне не удавалось найти ее книг на английском языке. Мы с ней приблизительно одного возраста, и оба получили диплом юриста примерно в одно и то же время, и несмотря на то, что мы выросли и получили образование в абсолютно разных странах, из того что я прочитал о ней, у меня создалось впечатление, что у нас одинаковый подход к так называемым «криминальным» романам: мы пишем скорее о людях, чем о преступлениях.

Как Вы себе представляете Украину? (Morgana, 1 ноября 2006 г.)

Во-первых, я должен сказать, что игра вашей футбольной команды на Чемпионате мира произвела на меня глубокое впечатление! Я никогда не был на Украине, но в моем представлении Украина похожа на Средний Запад США, где я вырос – множество ровных полей с зерновыми и злаками. Для написания книги «Вне подозрения» я общался с сотрудником спецслужбы полиции Майами-Бич, который занимался расследованием дела о русской мафии на юге Флориды. Он – украинец и очень приятный человек. Если по нему можно судить об Украине, то я бы очень хотел посетить эту страну и узнать больше как о самой стране, так и о людях, которые в ней живут. Можете ли мне посоветовать, где попробовать вкусных вареников?

Что послужило толчком для начала Вашей карьеры? Расскажите, пожалуйста, историю создания Вашей первой книги. (Андрей, 11.10.2006 г., Рома, 25.09.2006 г.)

Когда я начал писать, я работал в крупной юридической фирме 50-60 часов в неделю и тайком писал романы по ночам и на выходных. И надо признаться, что во время долгого пути к успеху я получил определенную долю разочарования. Четыре года ушло на написание книги, но ни один издатель не хотел брать мою рукопись. Только мой агент верил в эту книгу. «Джим», – сказал он, – «письма с отказами, которые ты получаешь, самые обнадеживающие из всех, которые мне встречались». Звучит достаточно глупо, но что еще можно сказать писателю, который старался изо всех сил и потерпел неудачу? Арти-оптимист – так я прозвал его. Воодушевленный словами Арти, я решил попробовать снова, но на этот раз возникли трудности с новыми идеями.

Однажды, октябрьской ночью 1992 года, устав вглядываться в пустой экран компьютера, я вышел прогуляться перед сном. И где-то в трех кварталах от дома, как бы появившись из ниоткуда, на газон тротуара прямо передо мной въехала полицейская машина и остановилась. Полицейский выскочил из машины и немедленно потребовал от меня информацию о том, куда я направляюсь. Я объяснил, что живу неподалеку и просто вышел на прогулку. Казалось, что полицейский мне не верит. «Поступил сигнал от наблюдателя», – сказал он, «Я должен проверить». Я беспомощно стоял возле полицейской машины и слушал, как офицер запрашивал описание подозреваемого по радио. Я слышал, как диспетчер сказал: «Рост ниже шести футов, возраст 30 – 35 лет, каштановые волосы, карие глаза, одет в голубые шорты и белую футболку». Я запаниковал. Я был совершенно невиновен, но по описанию это был точно я. «И усы», наконец добавил диспетчер. Я вздохнул с облегчением. У меня не было усов. Полицейский отпустил меня. Всю дорогу домой я думал только о том, что я был на волосок от катастрофы. Даже если бы я был признан невиновным, мой арест стал бы настоящим событием для прессы, и это событие навсегда бы испортило мою репутацию, я бы получил прозвище «юриста под наблюдением».

Было почти 2 часа ночи, когда я вернулся домой, но я решил, что должен обязательно записать то, что случилось. Я чрезвычайно остро ощутил, что чувствует ошибочно обвиненный человек. Я написал о том, что переживает человек за несколько часов до приведения в исполнение приговора за преступление, которого он не совершал. То, что я написал той ночью, стало вступительной сценой к книге «Извинение». Рукопись я закончил за семь месяцев, и теперь она доступна во всем мире на более чем 20 языках.

Стать писателем – это трудно? (Дискавери, 15 октября 2006 г.)

Писателем стать очень легко. Другое дело – добиться того, чтобы тебя напечатали. Здесь требуется дисциплина и настойчивость. И таланту это совсем не мешает.

Какой совет Вы можете дать начинающему писателю? (Дискавери, 15 октября 2006 г.)

«Зачем я пишу?» – вот первый вопрос, который вам следует задать самому себе. Для некоторых людей ответ будет таким: «Потому что я должен». Это хорошо. Мой ответ: «Мне это нравится». Когда мне было одиннадцать лет, я написал комедию в стиле вестерн, и мои друзья были в ней главными героями, поэтому они сидели и слушали, когда я читал им ее. В старших классах и в колледже я постоянно выбирал курсы и предметы, на которых требовалось писать всевозможные письменные работы. За свою юридическую практику количество моих публикаций в академических журналах превышало публикации более именитых профессоров-юристов. В «файле с идеями» у меня храниться такое количество материала, что мне никогда не хватит жизни, чтобы написать все, что хотелось бы. Даже не верится, что мне за это еще и платят. Честно. По моему мнению: до тех пор, пока вы не найдете ответ на вопрос, почему вы пишете, вам нелегко будет определить, каким именно писателем вы являетесь.

Как Вы пишете книги? Днем или ночью, в тишине или под какую-нибудь классическую музыку? (Андрей, 18 октября 2006 г.)

Я живу на юге Флориды, и поэтому у меня есть возможность работать во дворе дома. В моем офисе под открытым небом есть все необходимое: садовый стол и стул, большой зонтик от солнца, ноутбук, гамак, горячая ванна и бассейн. Музыка меняется в зависимости от настроения. «Нормальный» рабочий день для меня – это мои любимые старые шорты и футболка, налеты на холодильник каждые полчаса, и постоянные внушения моей младшей дочери – нельзя стучать по клавиатуре, когда папа пытается написать книгу. В самом начале карьеры я часто просыпался среди ночи, чтобы писать. Сейчас я уже стараюсь так не поступать, но никогда не знаешь наверняка, когда именно тебя посетит вдохновение. В большинстве случаев утро для меня самое продуктивное время для работы, и я всегда стараюсь закончить до полудня, чтобы успеть на тренировку футбольной команды моего сына.

Сколько времени занимает у Вас написание одной книги? (Андрей, 18 октября 2006 г.)

Очень трудно ответить на этот вопрос. Есть замечательная история о Моцарте. Однажды, друг спросил его, как продвигаются дела с его последней симфонией, «Она закончена», – ответил тот. «А можно ли на нее взглянуть?» – попросил друг. Моцарт ответил: «Я еще не записал ее». Я, конечно же, не Моцарт, но перед тем, как начать писать, я действительно провожу долгое время, раздумывая над своей новой книгой. А на само написание книги обычно у меня уходит около восьми месяцев.

Где Вы находите идеи для своих книг? Откуда Вы получаете вдохновение, или, может быть, оно приходит к Вам само? (Леся, 25 октября 2006 г.)

Никогда не знаешь, откуда придут идеи для книги. Я уже рассказал вам о ситуации, когда я едва ли не был арестован, и как это послужило источником идей для моей первой книги «Извинение». Неожиданные ситуации могут стать источником идей. Я черпаю идеи из своего окружения. В Майами есть все, что необходимо, – энергия и сексуальность, молодость и красота, – но вместе с этим и саморазрушение, вызванное восхищением беспечной молодостью. Природная красота Майами достойна преклонения, но она находится под постоянной угрозой застройки. Майами украшает многообразие культур, но над городом постоянно довлеетмежэтническая напряженность. Ночная жизнь города не имеет себе равных, но всегда присутствует опасность насилия. Здесь есть блеск, деньги, роскошь – и по соседству районы, будто из стран третьего мира. Часто слышишь разговоры о том, что, правда на самом деле более странная вещь, чем выдумка, и это как нельзя лучше подходит к южной Флориде. Где еще могло произойти так, что прокурор Соединенных Штатов Америки потерял работу из-за того, что, проиграв громкое дело, он напился и избил стриптизершу? Здесь я живу, здесь я занимался юридической практикой, и здесь я всегда буду черпать вдохновение для своих произведений.

Сколько всего книг Вы написали? Представляют ли они собой последовательность, серию? (Таисия, 26 октября 2006 г.)

Моя тринадцатая книга (When Darkness Falls) будет опубликована в январе 2007 года, а в январе 2008 года у меня уже будет 14 книг, опубликованных за 14 лет работы. Семь из них составляют серию о Джеке Суайтеке : «Извинение», «Вне подозрений», «Тот, кто умрет последним», «Не вижу зла», «Got the Look», «When Darkness Falls» и релиз 2008 года, у которого еще нет названия. Оставшиеся 7 книг – это отдельные триллеры, но иногда в моих книгах встречаются герои, переходящие из одного произведения в другое.

Слава для писателя – это хорошо или плохо? (Ирина, 1 ноября 2006 г.)

Это зависит от самого писателя. Когда некоторые писатели добиваются славы, иногда кажется, что это приносит вред их книгам. У других – наоборот: добившись славы, автор не только начинает писать лучше, но и его читатели с удовольствием открывают для себя все, что написал автор еще до того, как стал знаменитым.

Что такое для Вас добро зло? (Олена Юріївна, 10 октября 2006 г.)

Для меня добро – это то, что сражается со злом. Так что же является злом? Как-то Верховный Суд США заявил, что он не может четко определить, что такое порнография, но сразу распознает ее, как только увидит. То же самое можно сказать и о зле. В исследованиях, которые я проводил для написания своих произведений, я очень часто натыкался на зло. Я написал книгу «Осведомитель» после того, как один заключенный попросил меня стать его адвокатом. Он изнасиловал женщину и кастрюлей избил ее почти до смерти. Затем, когда она была готова свидетельствовать против него в суде, он нанял кого-то, чтобы убить ее. (Я не взялся за это дело). Во время работы над книгой «Выкуп за короля» я общался с родителями девятнадцатилетней девушки, похищенной в Бразилии. Они попросили доказательства того, что их дочь жива, и я даже не буду вам рассказывать о том, что прислали похитители в ответ на эту просьбу. Вот поэтому, как я уже говорил, вы узнаете что такое зло, когда увидите его.

Что Вы сделали для того, чтобы уменьшить количество зла на Земле? (Олена Юріївна, 10 октября 2006 г.)

Мы с женой воспитываем троих детей таким образом, чтобы из них выросли хорошие люди, насколько это возможно. Это наилучший способ, из всех известных мне, при помощи которого возможно уменьшить количество зла на земле.

Вы когда-нибудь помогали другим людям в их горестях? (Олена Юріївна, 10 октября 2006 г.)

Я помог многим людям за время работы юристом. В одном из первых своих дел я помог старой женщине, сын которой пытался выселить ее из ее собственной квартиры! Я выиграл это дело. Но больше всего я горжусь защитой группы фермеров, занимающихся разведением птицы. Да, вы правильно меня поняли. Группа фермеров из северной Флориды решила судиться с наикрупнейшей во всем мире корпорацией частной собственности. Давид против Голиафа. Я взялся за дело – и оно тянулось семь лет. Но в итоге нам удалось привлечь внимание компании. Мы привлекли к себе всеобщее внимание. The Wall Street Journal назвал наше дело «катализатор изменения в птицеводческой промышленности с доходом в 15 миллиардов долларов в год». Неплохо для кучки фермеров, которые по щиколотку в... ну, я думаю, вы понимаете о чем речь.

Считаете ли Вы, что правда и справедливость – превыше всего? (Андрей, 18 октября 2006 г.)

Так должно быть, и ощущение того что, правда и справедливость восторжествовали – это самые лучшие ощущения в мире. Но я реалист и много узнал о «правде и справедливости», пока был юристом. Защитник в суде видит самых лучших и самых плохих людей. Он видит жертв преступлений, которые набрались смелости прийти в зал заседания суда, посмотреть в глаза преступнику и, справившись с эмоциональной болью, рассказать присяжным о том, что произошло. Наряду с этими людьми, есть и такие, которые эмоционально не заинтересованы в деле, иногда их приводит в зал суда риск потерять работу, или личная безопасность, или желание удостовериться, что правосудие восторжествовало.То есть, в некотором смысле для меня мир наполнен «героями поневоле». С другой стороны, защитник имеет дело с вероломными людьми, которые не в состоянии дать честный ответ на самый простой вопрос. Он имеет дело с юристами, для которых судебный процесс – это просто игра, и они полагают, что правила существуют только для проигравших. А вообще, все, что я пережил на личном опыте, описано в каждой моей книге.

Есть ли у Вас хобби? Спортом занимаетесь? (Анна Опанасова, 13 октября 2006 г.)

Мои хобби и интересы сосредоточены на моих детях. Вместе мы делаем обычные вещи, например, ходим в походы с палатками, но иногда я позволяю себе небольшие сумасшествия, которые их несколько смущают, например, наряжаюсь в костюм Рембрандта и прихожу к ним в класс. Почти каждый день я играю с детьми в футбол или бейсбол во дворе, а еще я тренирую школьную футбольную команду моего сына. А еще мне очень нравятся такие виды спорта, которыми, как я полагаю, можно заниматься в каком-нибудь райском местечке в тропиках: это подводное плаванье с трубкой, плавание под парусом, езда на велосипеде и катание на роликах.

Ваши книги когда-либо экранизировались? (Анна Опанасова, 13 октября 2006 г.)

Написание киносценария требует совершенно других умений. И я достаточно умен, чтобы понимать, что у меня не достаточно таких умений.

Планируется ли экранизация Вашей книги, и если да, то какой именно?

Вопрос об экранизации полностью в компетенции моего агента. Это очень отвлекающий процесс, поэтому я попросил агента позвонить мне, когда придет пора запасаться попкорном.

Как Вы относитесь к таким организациям, как книжные клубы?(Грибов, 8 сентября 2006 г.)

Мои связи с клубами очень крепки. Недавно на конференции в Берлине я встречался с представителями книжных клубов. Я поблагодарил каждого из них за то, что они доносят мои книги членам своих клубов. Как я им сказал, количество читателей в книжных клубах, имеющих в продаже мои книги, настолько велико, что если в моем родном городе устроить раздачу автографов, то очередь из читателей клубов протянулась бы через Майами до Берлина и обратно. Клубы умеют объединять писателей и читателей, как никакая другая организация, и я очень ценю это и как писатель и как читатель.

Являетесь ли Вы членом книжного клуба? (Дискавери, 15 октября 2006 г.)

Да. Я член детского клуба Kids’ BookPlanet Book Club. Это наилучший способ научить моих троих детей любить книги.